Регистрация    Войти
Авторизация
» » » » В Россию пришла «ювеналка»

В Россию пришла «ювеналка»

Категория: Позиция » Cтатьи » Окно в мир

В Россию пришла «ювеналка»C 1 мая за каждой московской семьей, в которой есть дети, поставят следить соцработника.

 

 

В Москве с 1 мая 2013 года берет старт совершенно новая программа по профилактике сиротства. Так называемый институт «социального патроната» вводит в отношения между государством и семьей совершенно новый механизм взаимодействия – обязательное государственное сопровождение всех семей москвичей. Новая модель профилактики сиротства предполагает раннее выявление социального сиротства, для того чтобы помочь детям не стать жертвами жестокости или алкоголизма своих родителей.

 

Эксперимент в действии


С этой целью на каждые 20 детей в Москве выделяют специального соцработника, задача которого будет состоять в «расследовании» провинностей родителей перед своими детьми. В случае если соцработник решит, что родители категорически не справляются со своими обязанностями, дети у них будут изыматься государством.

 

В Москве этот проект в качестве эксперимента работает уже около двух лет. И на сегодняшний день власти пришли к выводу, что эта система ведет полностью адекватную работу и прекрасно ложится на российскую действительность. Под этим флагом минсоцзащиты теперь с 1 мая становится структурой, которая будет контролировать семью. Так как опека не справляется с полным перечнем обязанностей, принято решение нанять сторонние некоммерческие организации, которые будут собирать информацию о семьях и детях москвичей.

 

На сегодняшний день соцработники уже нашли 360 тысяч детей в потенциально неблагополучном состоянии. То есть каждый четвертый ребенок в Москве имеет перспективы стать социальным сиротой и лишиться родных матери и отца.

 

Родительское сообщество Москвы всерьез озабочено этой информацией. Противники этой идеи считают, что она принесет неизмеримо больше вреда, чем пользы. В самом худшем случае в Москве возникнет новая коррумпированная структура, которая в открытую и на вполне законных основаниях будет спекулировать детьми как живым товаром.

А вот сторонники ювенальной юстиции кивают на опыт Западной Европы. Там, кстати, социальными сиротами стали уже более 300 тысяч детей. Для благополучного Евросоюза эта цифра шокирующая. О том, как работает европейская «ювеналка», рассказала женщина, которая жила в Норвегии и столкнулась с «борьбой за права детей» в том виде, как ее там понимают.

 

«Они объявили нам войну»


Координатор международного общественного движения «Русские матери» Ирина Бергсет стала широко известна после событий с ее сыновьями. Два года назад норвежские работники ювенальной юстиции отняли у нее детей, один из которых родился в Москве и являлся гражданином Российской Федерации – что не остановило похитителей. Похищенный и вывезенный в другой город, в секретную патронажную семью 13-летний сын, тайно через посредников связался с матерью, и им удалось бежать в Россию. Сотни русских матерей, которых ювенальщики уже лишили детей, и продолжают лишать почти ежедневно, сегодня обращаются к Ирине и к ее организации за помощью. Однако в последнее время матери с тревогой замечают, что все признаки наступления на права родителей видны и у нас, в России. Ирина хорошо знает, к чему это в итоге приводит, и готова бороться.

 

– Ко мне за последний год обратились семьи из тридцати стран мира, – рассказывает Ирина Бергсет, – где происходит одно и то же – наших детей хватают в детских садах, в школах, на улицах и увозят от своих родителей, как правило, навсегда.

 

Россия – последний остров нормальной, традиционной семьи, нам трудно представить, что такое вообще возможно, однако за рубежом дети вовсе не принадлежат родителям! Дети там принадлежат государству, причем с рождения. А на примере моей семьи видно, что аппетиты у них постоянно растут, и они готовы объявить своей собственностью и детей, рожденных в России – без согласия матери. Страны Европы, Австралия, Новая Зеландия, Канада идут в авангарде в деле национализации детей – и своих, и рожденных за рубежом. Мать имеет право родить, и на этом ее права заканчиваются. Далее она имеет право лишь на временное пребывание с ребенком, причем до своей первой провинности.

А что является такой провинностью – решают чиновники социальной службы. Это может быть желание уехать на Родину, например. Если вы собрались в Россию, пусть временно, к бабушке в гости – ждите доноса соседей, а следом визита двух вооруженных полицейских с работниками соцзащиты, которые найдут повод, чтобы ребенка изъять – навсегда. Причину они найдут всегда! Не думайте, что вы можете избежать этого, если вы замечательная образцовая мать. Вам могут поставить в вину даже то, что вы заставляете ребенка мыть руки перед едой – это же недопустимое насилие над личностью ребенка. Все, с кем соприкасается семья – школа, детские сады, медработники – обязаны на вас писать доносы, и с большим удовольствием делают это.

 

Не секрет, что Норвегия и другие скандинавские страны еще совсем недавно были странами с традиционной семьей и семейными ценностями. Но в какой-то момент наступил перелом, причем довольно быстро. Возможно, такой же быстрый переход в «новую реальность» грозит и странам постсоветского пространства.

 

Ведь все началось, как сегодня и у нас, под флагом «борьбы за права детей», в ходе которой чиновники постепенно забыли, что существуют и права родителей.

 

Что говорят политики, как они обосновывают этот крестовый поход на права родителей? Существует несколько версий того, что происходит в мире. Одна из них – что нетрадиционные сообщества (геи, лесбиянки, феминистки) борются с традиционной семьей и семейным укладом. История эта уходит корнями в борьбе за равноправие между мужчинами и женщинами. А сейчас это все превратилось в борьбу за так называемое «полное гендерное равноправие». Борьба меньшинства за равноправие привела к тому, что они не только добились этого равноправия, но и в ряде случаев полностью подавили настоящих мужчин и женщин.

 

– Проблема гораздо шире, чем нам кажется отсюда, рассказывает координатор международного общественного движения «Русские матери» Ирина Бергсет. – Когда мы слышим «однополые браки» то обычно представляем себе двух геев или двух лесбиянок. Но это уже давно не так! В Норвегии, например, узаконено семь гендеров. Это мужчины и женщины (которых, кстати, в Европе уже перестали называть натуралами – это оскорбляет меньшинства, их зовут новым модным словечком «стрейт»), далее гомо – это геи и лесбиянки, пятый пол – это бисексуалы, затем трансвеститы и транссексуалы. Они все уже добились права вступать в брак и венчаться в местных церквях. Сейчас в США и Европе стоит вопрос о полной легализации уже не только «однополых», а целых тридцати видов брака между представителями всех этих новых «полов». Мужчины и женщины потихонечку вытесняются, как нечто отжившее, почти первобытно-общинное.

 

Знаете, для того чтобы полюбить Россию, надо ее потерять на какое то время. Чтобы ощутить шарм нашего жития-бытия русского, этот наш простой уклад, даже со всеми нашими проблемами. Он на самом деле и есть то лучшее, что у нас было в жизни, то, что нам нужно беречь как зеницу ока.