Регистрация    Войти
Авторизация
» » » » А вы знаете Ярослава Сухого?

А вы знаете Ярослава Сухого?

Категория: Позиция » Cтатьи » Политическая агитация

А вы знаете Ярослава Сухого?На очередной личный прием Ярослава Сухого в Коммунарском районе, как всегда, собралось немало людей. Хотя всем, кто записался заранее, было назначено точное время. Но все равно народ пришел загодя. Это как к врачу: мало ли что написано в талончике? А может, примет раньше? «Раньше» у Сухого не получается: одного заявления и заявителя мало. Практически всегда идет диалог. И не только на тему, с которой пришел человек. Говорят про жизнь вообще, советуют друг другу, при этом народный депутат не слушает вполуха, а вникает в сказанное. В тот день Ярослав Сухый принял 27 избирателей, ни одного из них не отправил домой, не взяв его вопрос на контроль или не оказав помощь, и большинство из пришедших знали народного депутата не только в лицо, но и по имени-фамилии. Знали и о том, что успел сделать их депутат в Верховной Раде. Не за горами 28 октября: Ярослав Сухый баллотируется в парламент как мажоритарщик по избирательному округу №74, включающем в себя Коммунарский и Жовтневый районы Запорожья. Специально для тех, кто не знает Сухого (даже удивительно, что такие есть), рассказываем о нем. 

 

Родился, учился, работал – все, как у всех?


Почти как у всех в те послевоенные годы. Родился в небольшом селе Орешковцы Тернопольской области в 1951 году. Отца не помнит: Михаил Сухый, отвоевав в Великую Отечественную и получив ранение, вернулся домой. Долго лечился. Очень радовался рождению сына, да только вырастить его не успел: Ярославу не было трех лет, когда отец умер – сказалось то самое ранение. Остались вдвоем с мамой. Полина Сухая (и откуда только брались силы у этой маленькой изящной женщины!) работала днем и ночью, чтобы поднять сына на ноги.

 

Вдове с ребенком на руках в селе было трудно выживать. Удалось переехать в райцентр. Маму взяли на работу в хлебопекарню, а Ярослав пошел в школу. Учился он легко и очень хорошо. Правда, порой подводил характер: рос парень таким борцом за правду. И себя в обиду давать не хотел, потому и драки бывали частенько... Мама, накопив денег, чтобы усмирить своего правдолюбца, покупает скромную скрипку и отдает мальчишку в музыкальную школу: слух у Сухого и сейчас будь здоров. Потому так легко «вникает» в иностранные языки – знает их несколько.

 

Первые взрослые шаги

Ярослав заканчивает школу и идет работать слесарем на Чертковский авторемонтный завод. Почему не в вуз? Аттестат-то у него был одним из лучших в выпуске! «Чтоб немножко денег заработать. Маме трудно было бы учить меня. Я же хотел в университет, во Львов. А это все-таки не близко от дома», – говорит Ярослав Михайлович. И поступил. И отучился очень хорошо – стал, как и хотел, историком. Но сразу работать не пришлось: призвали в армию. Служил в Казахстане, во Внутренних войсках. Офицер Сухый дважды приглашался в штаб: уговаривали остаться в кадровой службе. А он хотел еще больше нырнуть в науку. Вернулся, демобилизовавшись, и пошел по кругу: прописка, военкомат, учетный стол в райкоме партии. Тут его притормозили: «Пойдешь инструктором одного из сельских районов...»

 

На преподавательскую работу в Тернопольский финансово-экономический институт Ярослава Сухого хоть и со скрипом отпускали, но благодарно жали руку: справился в райкоме комсомола. И в институте справился. За десять лет из преподавателя кафедры философии вырос до проректора. Чтобы уже при перестройке, весной 1988 года, подчиняясь строгой партийной дисциплине, перейти на работу в Тернопольский обком Компартии Украины. А за восемь месяцев до ГКЧП стать первым секретарем горкома Тернополя.

 

Это – первый этап биографии Ярослава Сухого. Счастливый, хоть и трудный, по его собственному признанию: сельский хлопец, полусирота, сумевший без взятки и «звонка сверху» получить высшее образование, защитить кандидатскую, возглавить Тернополь в качестве первого секретаря горкома, уже с двумя дочками и собственной крышей над головой – какое было счастье «кроить» детскую, гостиную и кабинет в однокомнатной «хрущевке», а не в общежитии! «Так я был счастлив и потому, что Горбачев тогда, в начале перестройки, как глоток чистого воздуха воспринимался. Верил ему до последнего...»

 

«Расстрел» на ступеньках горкома

«Расстрел», конечно, в кавычках: физического истребления не было. Но как насчет морального? 22 августа 1991 года Ярослав Сухый буквально вытолкал через черный ход из второй день пустовавшего здания горкома свою секретаршу и шагнул навстречу орущей толпе. Лиц он не различал. А толпа орала: «Комуняку на гілляку!». Комуняка – это он, Ярослав Сухый, последний первый секретарь Тернопольского горкома, пробывший на этом посту неполных девять месяцев. Он стоял и смотрел, мало что и кого видя... А его семья – маленькая Анюта и выплакавшая глаза жена, сидели дома, никуда не выходя. Нет, попытка выйти была. Но вокруг их дома сновали и кричали люди. Некоторых из них Людмила Сухая, работавшая на скорой помощи, знала в лицо и по имени: кому-то останавливала приступ, у кого-то спасала ребенка. Они ей руки за это спасение пытались целовать. Тогда. А сейчас – кричат и оскорбляют. С Анютой было не то что выйти опасно – страшно даже окно открыть.

 

Тернополь – не твой город!


О том, что ни ему, ни его семье нет места в Тернополе, Сухый понял сразу. Но еще два месяца пытался устроиться на работу. Ни для него, ни для жены работы в этом городе не было. Когда заболела Аня (у нее был нервный срыв после того, как в классе, где «дирижером» выступала учительница, вчерашние подруги и товарищи «клеймили позором» пятиклассницу за то, что ее отец – коммуняка), он, натянув кепку на глаза, ехал на вокзал соседнего городка «таксовать». Заработанного, если везло, за ночь червонца хватало на лекарства и лимон дочке. Анюта поправилась, а он – слег.

 

О том, что происходит с Ярославом Сухым, узнал директор «Мотора» Вячеслав Богуслаев. Они не были близко знакомы, но друг с другом встречались. Богуслаев был в курсе, что происходит на Западной Украине и до ГКЧП, и после него: в Волочиске по-прежнему работал машиностроительный завод, построенный и поднятый Богуслаевым, который после смерти Василия Ивановича Омельченко возглавил все объединение «Моторостроитель». Так вот, Богуслаев, узнав про положение Ярослава Сухого и его семьи, предложил ему место работы, о котором тот и думать не смел: директора пансионата моторостроителей «Горизонт», что в Алуште. Не имевший никакого понятия о хозяйственной работе, Сухый тут же дает согласие и переезжает с семьей в Алушту. «Ехал и не оглядывался. Мне четко дали понять: Тернополь – не мой город...», – вспоминает Ярослав Михайлович. 

 

Запорожье – вторая родина Сухого


Сколько раз Ярослав Сухый слышал и читал, как его оппоненты, а по-простому недоброжелатели, называли его «человеком Богуслаева»! Сначала пытался объяснить, а потом перестал: если кто-то не хочет слышать, так глухим и останется. «Ничего против не имею, – говорит Ярослав Михайлович. – Только все гораздо больше: я – человек, раз уж так кому нравится, всего предприятия «Мотор Сич». А Запорожье – моя вторая родина. Если бы тогда, осенью 1991-го, Богуслаев не вытащил меня и моих девчат из Тернополя, даже не знаю, что с нами было бы... Сколько жить буду, останусь благодарен ему. И всегда буду благодарен «Мотору», его людям. А быть рядом с Вячеславом Александровичем – это все равно, что получить второе, а то и два высших образования: я, например, не знаю ни одного руководителя, который сохранил бы такой заводище. Еще и обновил станочный парк, внедрил новые технологии, выдал на-гора уникальные авиадвигатели. И ни разу не закрыл головное предприятие и входящие в структуру АО другие заводы. Не было такого, даже в самые страшные 90-е, чтобы заводчане месяцами не получали зарплату, не могли отправить детей летом в лагерь, сами не отдохнули на заводских базах... Я столько раз был свидетелем, как Богуслаеву «выкручивали руки»: откажись от социалки, закрой детсады, продай пионерлагеря! Не сдал. Не продал. Ни разу не схитрил, и в городской и всеукраинский бюджет перечислялись налоги...»

 

О «Мотор Сичи» и его директоре Сухый говорит предметно потому, что после «Горизонта», где он наладил работу, приказом по объединению его переводят заместителем генерального директора по связям с общественностью и СМИ. В этой должности он и работает до лета 2000 года. До тех пор, пока ставший главным заводом в его жизни «Мотор» не выдвинул Ярослава Сухого кандидатом в народные депутаты.

 

Дважды лучший нардеп


В июне 2000 года Сухый одержал полную победу. Но когда, стоя на трибуне в зале под куполом, давал присягу, думал, что вот сейчас бросит все и уйдет: зал не слушал. Не только его. Вообще никого не слушал. Иван Плющ, тогдашний спикер, сочувственно подмигнул Ярославу Михайловичу – дескать, терпи, такие у нас нравы...

 

Он стерпел, потому что в портфеле были наказы избирателей. Листов сорок, от руки. С компьютерами тогда было не очень. Что ни наказ, то телефон участнику войны или газификация улицы чуть ли не в центре города, текущие крыши, незаконно осужденные, школы с прогнившими полами. К 2000-му уже стала кричать вся жилищно-коммунальная структура, сработанная в той, советской, жизни, а в этой – не дождавшаяся даже мизерного ремонта.

 

Наказы на округе помогал выполнять «Мотор». А самый большой – отселение из аварийных бараков – мэр Запорожья Александр Поляк. Они с двух сторон – Сухый в Верховной Раде и Поляк в Кабмине – выпрашивали и выскандаливали деньги на два дома по улице Алмазной. И таки построили! Об этом помнит не только Сухый. Те, кто без единой копейки получил новые и очень комфортные квартиры, тоже помнят.

 

Помнят сотни стариков и детей, которым Ярослав Михайлович помог осилить дорогущее лечение. Не забыли и школы, кто им помог с компьютерами, а больницы – кто подарил необходимое оборудование.

 

Наверное, не случайно Комитет избирателей Украины дважды награждал Ярослава Сухого дипломом, который так просто, за красивые глаза, никому не дадут: «Лучший народный депутат Украины». 

 

«К обману привыкнуть нельзя!»


Недавно появились новые зарубки в памяти у работников авиастроительной отрасли Украины: Ярослав Сухый в соавторстве с Вячеславом Богуслаевым внесли в парламент ряд законов, способствующих выполнению контрактов и договоров тем предприятиям, которые работают над выпуском летательных аппаратов. И депутаты (в кои-то веки!) уразумели, что эти законы, гарантирующие работу и зарплату более чем ста тысячам человек плюс достаток для еще тысяч пятисот членов их семей, надо принимать во что бы то ни стало.

 

– Я не успел сделать все то, что обещал, – говорит Ярослав Сухый. – Львиная доля энергии и времени уходит в никуда: выкрутасы оппозиции парализуют работу парламента. Покричать, прикрыть свои места государственным флагом и уйти митинговать – это да, это у них запросто. А изучить поправку, самим внести законопроект, да еще чтоб экономики касался... Нет, это не их дело. Потому и иду на выборы, что не хочу обманывать тех, кому твердо обещал помочь и разобраться. Я сейчас умышленно не говорю о законотворчестве, законодательстве. Люди так устали, что в эти определения вникать не хотят. Им надо помочь конкретно. Вот этому старику. Этой семье с больным ребенком. Этой выпускнице вуза с красным дипломом, которая год уже не может найти работу. Людей столько раз вводили в заблуждение! Но к обману привыкнуть нельзя! Да и не хочу я быть обманщиком. Так и не научился, хотя примеров за 12 депутатских лет перед глазами уже было-было… 

 

О доверии людей


Если кто-то первый раз читает о Сухом, чтобы знать, кто он и что он, а в этой статье не нашел статистики, не взыщите. Цифры и факты о действенности народного депутата Украины Ярослава Сухого есть в Интернете. Есть они в его программе и биографической справке. Мы же хотели познакомить вас с обычным человеком по имени Ярослав Сухый. Кто бы и что ни говорил, быть человеком куда важнее статистики. А если совпадает, как у Сухого, и то, и другое, тогда вообще не вопрос: быть ли Сухому народным депутатом после 28 октября? Доверие избирателей это гарантирует. А сам Сухый гарантирует, что – и это его принцип – доверие людей снова оправдает.